Главная / Аистообразные, или голенастые
В этой главе:

Аистообразные, или голенастые

К отряду аистообразных, или голенастых, относится более 110 видов. Наиболее крупные семейства этого отряда — цапли (более 60 видов), аисты (17 видов), ибисы (30 видов).

ЦАПЛИ. Цаплю, когда она летит, узнать легко: шея её не вытянута вперёд, как у аиста или журавля, а изогнута латинской буквой S. Крыльями машет цапля плавно и непрерывно в отличие от аистов, которые любят парить.

Самая обычная в России цапля — серая. Жизнь у цапли — как у многих птиц умеренных широт: перелёты, зимовки в тёплых странах и весенние переселения в северные широты, к старым гнездовьям на заболоченных берегах рек, заросших тростниками и кустарниками озёр. Преданность своим гнездовьям у цапель велика: в Германии, например, сохранилась колония, которой, по-видимому, не меньше 800 лет.

Самцы прилетают раньше самок. Выбирают лучшие гнёзда, предпочитая большие. Опоздавшим достаются гнёзда похуже или вообще никаких не достаётся. Тогда птицы строят новые на деревьях, реже в тростниках. Самец подновит гнездо, принесёт немного веток и часами зовёт самку: вытянув шею, кричит неблагозвучно (для человеческого уха), скрипуче и пронзительно. Прилетит самка — начинается ухаживание. Ритуал такой: он ощупывает клювом гнездо, в том числе и ветки, которые принёс; она проделывает то же. Брачный союз заключён (у цапель — только на один сезон). Затем самец и самка сообща достраивают, подновляют гнездо.

Вскоре в нём появляется голубоватое с зеленью яичко. Через два дня в гнезде — уже второе яйцо. Ещё через два дня — третье. И так до пяти яиц. Насиживают самец и самка по очереди почти месяц.

Вышедшие из яиц птенцы у серых цапель довольно бесцеремонны: грубо хватают родителей клювами за перья и тянут вниз. Жадны до пищи. Родители поскорее спешат их накормить. Принесённую в желудке рыбу отрыгивают им прямо в клювы. А когда птенцы подрастут, цапли сбрасывают свои рыбные приношения на край гнезда.

Но вот месяц прошёл, молодые цапли выбрались из гнезда. С ветки на ветку перепархивают. Родители кормят их ещё месяц, пока дети не научатся летать. Как научатся — только их и видели: разлетаются далеко, в разные стороны.

Когда цапля купается, вода вокруг неё сереет, словно от пыли. Цапли не смазывают перья жиром: они их «припудривают». У цапель, как у голубей, дроф, страусов и некоторых других птиц, на груди и иных местах находятся под перьями пучки очень ломкого пуха — так называемые пудретки. Концы пушинок постоянно крошатся, распадаясь на микроскопические роговые чешуйки. Цапля, подцепив этот порошок клювом и когтями, присыпает им перья.

Без «пудры» цапля просто погибла бы! От рыбьей слизи перо слипается. «Пудра» слизь впитывает. Тогда цапля зазубренным когтем среднего пальца, как гребнем, счищает с себя мокрую «пудру» и вместе с нею всю грязь, прилипшую к перьям.

Между прочим, цапля вовсе не беззащитна против невооружённого человека. Молниеносно распрямляя свою сложенную, как мощная пружина, длинную шею, цапля целит кончиком клюва в глаза нападающего. Так что при встречах с ней следует сохранять осторожность.

Мода на украшения чуть было не погубила белых цапель (большую и малую) на реках, болотах и озёрах всех континентов — от Америки до Австралии. Веками уничтожали их ради пучков белых перьев, украшавших кивера и шлемы военных. На рубеже XIX и XX веков полюбились и дамам шикарные эгретки — торчащие вверх перо или пучок перьев, украшающие головной убор или причёску. А делали эти украшения из брачных перьев на спинах белых цапель. Началось поистине глобальное истребление этих птиц. Из одной лишь Венесуэлы в конце XIX в. только в Лондон, например, ежегодно вывозили 1,5 млн. шкурок белых цапель!

Мода на эгретки прошла. Международные соглашения взяли под охрану несчастных птиц. За последние десятилетия восстановлены колонии белых цапель даже в Западной Европе.

Из всех цапель, пожалуй, наиболее интересна египетская, или коровья. И интересна она своей невероятной экспансией. Прежде жила египетская цапля в дружбе с дикими копытными животными Африки. Кормилась на широких их спинах насекомыми. И поныне сопровождают цапли стада диких животных, но обнаружилось у них тяготение к домашней скотине. А поскольку поголовье крупного рогатого скота в Африке значительно увеличилось, вчетверо возросла и численность египетских цапель.

И вот, расплодившись, двинулись «коровьи друзья», египетские цапли, «завоёвывать» новые земли, изобилующие стадами домашнего скота. Перед Первой мировой войной, перелетев через океан, объявились они вдруг на севере Южной Америки. Затем «покорили» и Северную Америку, в 30-е гг. достигли Австралии. Только Среднюю Европу египетские цапли почему-то никак не «завоюют», хотя не раз залетали сюда.

Североамериканская серая цапля знаменита токовыми играми и боями на зимовках, которые ещё в XIX в. видел во Флориде и описал знаменитый американский орнитолог Одюбон. На восходе солнца, как тетерева, самцы слетаются на песчаные отмели, кричат, ходят важно, церемонно (как только цапли умеют), дерутся. Смертельные, казалось бы, удары клювов противников ловко парируют умелыми фехтовальными приёмами. Мёртвых и покалеченных птиц после этих дуэлей Одюбон не находил.

Про другую обитающую в Америке цаплю (малую белую) рассказывают, что у неё очень интересные приёмы охоты. Она заходит в воду там, где неглубоко, замирает с нацеленным вниз клювом и медленно шевелит жёлтыми пальцами — рыб приманивает! Как только они подплывут жёлтых «червячков» рассмотреть, хватает их клювом.

У африканской чёрной, или «зонтичной», цапли методы охоты ещё хитрее. На мелководье замирает она, согнувшись, в такой странной позе: клюв нацелен на воду, полураскрытые крылья раскинуты над головой. Получается перьевой зонт над рекой. Рыбы, привлечённые тенью, а возможно, и ярко-оранжевыми пальцами рыболова, заплывают под «зонт». Тут их поджидает быстрый и меткий клюв. Если и промахнётся хитроумная птица, то, не теряя времени, падает с раскрытым «зонтом» в воду на удирающих рыб и накрывает их крыльями, словно сачком. Потом, изгибая туда-сюда гибкую шею, ловит добычу под куполом из крыльев.

Американская кайенская цапля охотится на сухопутных крабов обычно по ночам. Убивает даже таких огромных, у которых лишь клешня размером с ладонь!

АИСТООБРАЗНЫЕ: 1. Рыжая цапля.   2. Серая цапля у гнезда.   3. Большая белая цапля.   4. Колпица.   5. Священный ибис, 6. Кваква.   7. Египетская цапля.   8. Чёрный аист.  9. Молотоглав.   10. Марабу.   11. Китоглав.

Кваква названа так за громкий крик «квауквау». Эта небольшая коротконогая цапля обитает в Европе, Азии, Африке, Америке. Кваквы ловят рыбу, лягушек и насекомых по ночам и в сумерках, за это их ещё зовут «ночными цаплями», а в Германии за каркающий крик прозвали «ночными воронами». Выращивая потомство, кваквы охотятся и днём, чтобы прокормить ненасытных птенцов. Птенцы не только прожорливы, но и агрессивны: нападают на любого чужака, приблизившегося к гнезду. Кваква-мать, подходя к гнезду, наклоняет голову и приседает, предъявляя им «пропуск» — стоящие торчком белые пёрышки на голове. Натуралист Лоренц как-то раз наблюдал за гнездом кваквы, и, обеспокоенная присутствием человека, она забыла присесть. Птенцы тотчас напали на неё.

Учёные обратили внимание на незаурядную сообразительность кваквы в неволе. В зоопарке города Майами (Флорида, США) кваква научилась ловить рыбу на приманку. Она осторожно опускала в воду шарик рыбьего корма неподалёку от резвящейся стаи рыб и замирала в напряжённой позе ожидания, уставившись на шарик. Привлечённые кормом, рыбы подплывали к нему и, естественно, становились жертвами кваквы.

Выпи живут порой вблизи от наших загородных домов, но многие ли их видели? Умение затаиваться у этих птиц превосходное: в упор, что называется, и в двух шагах увидеть выпь почти невозможно. Замрёт, вытянув стрелой вверх тело, шею, клюв. Оперение у выпи — под цвет тростников и прочих болотных трав. А если стебли, укрывшие её, колышатся на ветру, то выпь покачивается в одном с ними ритме!

Загнанная, как говорится, в угол, выпь устрашает врага: распушившись, припадает к земле — полусогнутые крылья раскинуты, шея раздута колоколом, перья на ней встопорщены.

Неожиданное превращение стройной птицы в несуразное пугало невольно заставит отдёрнуть протянутую руку или отвести оскаленную пасть. Короткого замешательства нападающего для выпи достаточно, чтобы улететь.

В народе выпь называют бугаём, болотной коровой, и другие подобные прозвища ей дают. Она ревёт и мычит как бык! Гулко, басовито: «У-трум-бу-бу». И днём, и ночью, чаще вечерами, с ранней весны по июль. Это самец приглашает самок на свидание. Они летают вокруг. Увидев или услышав их, самец мычит азартнее. Позднее от двух до четырёх самок устроят гнёзда неподалёку от места рёва самца.

Прежде думали, что, издавая свои странные звуки, выпь опускает клюв в воду и «дудит». Позднее заметили: это не так. Выпь раздувает пищевод — получается резонатор, усиливающий звук. Потом голову то вверх поднимает, то роняет на грудь и, выдыхая воздух, бубнит басом: « У-трумб-бу-бу ».

Выпь.

Белые аисты.

АИСТЫ. Где-нибудь в заболоченной лощине, в долине реки на дереве можно увидеть гнёзда белых аистов. Даже на столбе, на одиноко стоящем стоге сена, на развалинах древней башни или на крыше хаты вьют они гнёзда. Если гнездо уцелело в зимнее ненастье и никем не занято, аист деловито осмотрит своё вновь обретённое прежнее хозяйство, тут и там подправит вывалившиеся ветки. Потом выбросит лишние ветки из гнезда, чтобы сверху образовалась нужная ямка. В общем не бездельничает, поджидая самку.

Из года в год с каждым летом растёт гнездо в объёме и весе. Старые гнёзда аистов — сооружения немалые, весят не один центнер. В таком гнезде даже «квартирантам» хватает места: воробьи, скворцы, трясогузки, а кое-где даже сойки поселяются целыми семействами в «куче хвороста», сложенной аистами на деревьях или крыше.

Приглашая самку к гнезду, самец принимает характерную позу: стоит в гнезде и, запрокинув шею, так что затылок касается спины, издаёт громкий треск, постукивая верхней половинкой клюва о нижнюю, надклювьем о подклювье. Даже птенцы, недавно вылупившиеся, едва обсохнув, запрокидывают голову назад и клацают клювами — настолько силён врождённый инстинкт этого своеобразного токования.

В свадебных церемониях, когда прилетит самка, есть и ритуал дуэтного клацания: бок о бок стоят он и она, вытянув вверх шеи и головы, и громко трещат клювами.

Вскоре после этого 2—5 белых яиц появляются в гнезде с промежутками в два дня. Чуть больше месяца аисты их насиживают, самка обычно по ночам, самец — в дневное время. Затем птенцы проклёвываются.

Родители кормят их первое время в основном дождевыми червями. В жаркий день, когда птенцы аистов изнывают от зноя, родители поят их водой, принесённой в желудке, и даже устраивают освежающий душ, поливая детей водой из клюва.

В конце августа подросшие молодые аисты улетают зимовать в Африку. Обычно одни, без взрослых. Но инстинкт не оставит их, поведёт и укажет верный путь. Взрослые аисты полетят за ними позднее — в сентябре. Профессор Н.А. Гладков пишет: «Белые аисты иногда производят осенью своеобразную «чистку своих рядов». Они забивают насмерть слабых птиц. По-видимому, это обстоятельство послужило основанием для рассказов о наличии «судов» у белых аистов, которые заканчиваются смертной казнью «провинившейся» птицы».

В большинстве стран, где обитает белый аист, он считался в народе птицей, приносящей счастье. Это в немалой степени помогло его сохранению и широкому расселению. По старинному поверью, разорить гнездо аиста — значит принести несчастье дому, на котором он свил гнездо. Второй российский аист, чёрный (живот у него, однако, белый), — редкая птица. В отличие  от белого  аиста людей  он сторонится   и  гнездится  обычно  на деревьях  в  старых  высокоствольных  лесах,   в местах глухих, далёких от человеческого жилья.

Ещё 16 видов аистов обитает на Земле. В Америке, от Флориды до Аргентины, — отважный истребитель крокодилов ябиру. В Африке и Индии — знаменитый марабу.

Итак, бразильский ябиру. Это аист статный и мощный. Он лыс, как и марабу, неоперённая шея — чёрного цвета. О том, как ябиру умело истребляет крокодилов, нельзя не рассказать. Выбрав у реки место, тактически наиболее надёжное, подкарауливает он детёнышей аллигаторов и кайманов. Выследив, бьёт массивным и крепким, как дубина, клювом. Убьёт и глотает крокодильчиков целиком, а тех, что побольше, расклёвывает.

Случается, застанет его за этим детоубийством самка аллигатора. Остервенело бросается она на истребляющую крокодилий род голенастую птицу. Но ябиру и тут не совершает оплошности. Как матадор от быка, отскочит в сторону и бьёт сбоку нападающую на него самку аллигатора клювом, как копьём, метко в глаз! Или между глаз, что так же убийственно, потому что клюв ябиру, по убеждению знающих специалистов, «способен расколоть череп ягуару».

У марабу клюв — тоже массивный и с достаточно острым концом. Назначение его — сокрушать рёбра и пробивать животы мёртвых животных. Ведь марабу — падальщик вроде гиены или грифа. Голова и шея марабу не оперены, как и у грифов. Кстати, грифы почтительно уступают место марабу во время трапез, не без оснований опасаясь его крепкого клюва. Кости даже крупных копытных марабу глотает целиком. В Азии и Африке марабу-санитары приносят много пользы людям и окружающей среде. Тем более достойно сожаления, что в Африке губят многих марабу ради пучка хвостовых перьев. Помимо падали питаются эти аисты крысами, мышами, крупными насекомыми, даже рыбами и детёнышами крокодилов, как и ябиру.

Один натуралист сравнил марабу со «старым чиновником в черновато-синем фраке, узеньких белых брюках и с красной плешью; он постоянно озирается, словно видит своё высшее начальство». Но марабу только кажется робким и опасливым. Хороший пример его отваги и силы приводит известный немецкий учёный Франц Фабиан: «Марабу совершенно не признавал господства ручной львицы Бахиды. Однажды, когда она начала дразнить и тормошить марабу, громадная птица принялась колотить зверя мощным клювом. Львица пыталась было оказать сопротивление, но, не выдержав града ударов, поспешила удрать».

Алый (красный) ибис.

Белый ибис.

И ещё одно любопытное «достижение» марабу. Самый широкий размах крыльев среди птиц, как известно, у странствующего альбатроса (см. ст. «Альбатросы и буревестники»). Но хотя средний размах крыльев марабу меньше, чем у альбатроса, однажды людьми был пойман марабу, размах крыльев которого был более четырёх метров! Это превышает все рекорды альбатроса.

ИБИСЫ. В зоологической коллекции древнеегипетских божеств священному ибису отведено было одно из самых почётных мест — он олицетворял в долине Нила самого Тота, бога познания, магии и письменности. Возможно, обожествили ибисов благодаря разливам Нила, от которых зависело плодородие земель Египта: именно в эту пору множество их прилетало в долину Нила. Египтяне понимали это так: Тот-ибис возвращается в Египет, и земля расцветает.

Но вот уже больше века не гнездятся священные ибисы в Египте, хотя южнее в Африке этих белых с чёрными головами и хвостами птиц ещё немало.

На юге России и Украины обитает другой ибис — каравайка. В компании с цаплями, бакланами, колпицами и другими птицами гнездятся каравайки невысоко на деревьях или в тростниках. Каравайка — единственный ибис, расселившийся по всем тёплым странам мира,  на востоке даже до Австралии добрался. Перелетев океан, объявились каравайки в США и на Кубе. Но почти всюду они довольно редки.

300 лет назад жил в Европе, преимущественно в Альпах, горный ибис. Ростом он с гуся; зелёные с медными переливами крылья, голое красное «лицо» и хохол на затылке выделяли его из всех сородичей. Гнездился в скалах, как и ныне в Марокко (только там он и сохранился). За его птенцами лазали по горам охотники: на пирах у феодалов ибисы были лучшим лакомством, но людям всех других сословий запрещалось есть «лесных воронов» — так называли горных ибисов в Швейцарии — и разорять их гнёзда.

На грани истребления находится красноногий ибис. Когда-то он был очень распространён в Китае, на российском Дальнем Востоке, в Корее. Ныне только в Японии уцелели считанные экземпляры этих птиц (в 1941 г. их было 30, в 1979 г. — только 9). Они — последние представители своего вида на Земле. К сожалению, нет никакой уверенности в том, что этих красивых птиц удастся сохранить.

Другая очень редкая птица — красный ибис. Весь красный — от клюва до пальцев на ногах!

Лишь концы крыльев чёрные. Родина его — Южная Америка. Гнездятся красные ибисы в мангровых зарослях, большими сообществами вместе с белыми ибисами, на которых, кроме цвета, всем похожи. Попадаются даже, так сказать, бело-красные «супружеские» пары: одна из птиц — белый ибис, другая — красный. Возможно, они даже одного вида, но относятся к двум разным генетическим цветовым фазам, как называют такие различия в окраске специалисты.

Подросшие птенцы красных ибисов собираются в гуще мангров. Над ними пламенеющим балдахином трепещут крылья взрослых ибисов, соединённых в одну оберегающую птенцов фалангу.

Ещё один ибис — колпица. Обитает она в Европе, Азии, Африке.   «Смотришь на колпицу, — удивляется американский исследователь Джильберт Клинджел, — и кажется, что это какая-то помесь утки с аистом. Кончик клюва плоский, напоминает по форме ложку или лопатку, голова и нос голые, без оперения, и если посмотреть на колпицу сверху, она похожа на лысого Сирано де Бержерака с чудовищным носом ».

Ибисы копаются своим изогнутым клювом в жидком иле или там, где земля помягче. Иначе работает клювом колпица — «косит», из стороны в сторону поводя опущенным его концом. Как только какая-нибудь рыбка или жучок коснутся полураскрытого клюва, он моментально захлопывается, удерживая добычу. Колпицу так и зовут в народе — «косарь». Охотятся колпицы на мелких рыбёшек, лягушек, водяных насекомых и рачков.